Матюшина Инна Геральдовна

В докладе рассматриваются функциональные характеристики основных жанров скальдической поэзии: панегирической песни, щитовых драп, генеалогических и поминальных стихов. Особое внимание уделяется в докладе любовной поэзии скальдов и ее связи с магией и ритуалом. Вслед за О.М.Фрейденберг, к скальдическим жанрам применяются понятия сальвационной и хтонической функции. Хтоническая функцией наделяются хулительные стихи скальдов, неразрывно связанные с рунической магией. К сальвационным стихам следует отнести выкупы головы с характерной для перформативов семантикой (автореферентностью, автономинативностью, эквитемпоральностью). Сальвационная действенность выкупов головы достигается благодаря использованию перформативных формул, особым образом структурированной формы – сверхформализованного размера рунхент, необычной семантики (направленности поэтического акта не на адресата, но на самого создателя поэмы). Прагматическая цель выкупов головы состоит в том, чтобы оказать воздействие на адресата, исполняющего властные функции: они служат манипулированию его ментальным состоянием и поведением, заставляя его произвести смысловую интерпретацию песни как хвалебной и определенное действие (даровать спасение скальду). Выступая как словесные действия, скальдические стихи неверифицируемы, т. е. не могут быть оценены с точки зрения истинности или ложности (вопрос, многократно обсуждавшийся исследователями, отмечавшими противоречие утверждений, высказанных в стихах и в прозаическом тексте саги). Успешность языковых действий скальда изначально задана самим прагматическим пространством, обеспечивающим реализацию перформатива.

В докладе аргументируется предположение, что в композиции исландских рыцарских саг «укрощение строптивой» представляет собой дополнительный/ факультативный сюжет по отношению к сюжету «брачных испытаний жениха». Оба сюжета наиболее подробно разработаны в «Саге о Кларусе», которая, как показано в докладе, дает редкий пример жанрового, композиционного и стилистического синкретизма. В докладе рассматриваются присутствующие в саге композиционно-жанровые черты не только рыцарского романа, но и сказки, и exemplum. Жанровая контаминация позволяет пролить свет на семантические и стилистические особенности саги: введение фольклорных мотивов, сказочных образов и сакральных чисел; следование канонам рыцарского поведения; использование лексики, восходящей к рыцарским романам; употребление «учёного» латинизированного стиля, характерного для exempla. В контексте саги латинские заимствования, принадлежащие к учёной лексике, используются как стилистический прием, в то время как заимствования из нижненемецкого относятся к эмоционально окрашенной (в отдельных случаях пейоративной) лексике. В докладе высказывается предположение, что «Сага о Кларусе», представляющая собой, насколько известно, первое сохранившееся в Исландии повествование о брачных испытаниях жениха, оказала влияние на группу саг, в основе которых лежит тот же сюжет: «Сага о Сигргарде Смелом» (Sigrgarðs saga frækna), «Сага о Гиббоне» (Gibbons saga), «Сага о Динусе Заносчивом» (Dínus saga drambláta), «Сага о Викторе и Блавусе» (Viktors saga ok Blávus), «Сага о Сигурде Молчаливом» (Sigurðar saga þǫgla), «Сага о Нитиде» (Nitida saga). Однако сюжет укрощения строптивой присутствует лишь в «Саге о Сигргарде Смелом» и в «Саге о Динусе Заносчивом», причем в редуцированном виде. Предполагалось влияние на исландские саги о жестоких властолюбивых правительницах немецких исторических сочинений эпохи Меровингов («Истории франков» Григория Турского, «Хроники» Фредегара), однако черты сходства не настолько велики, чтобы исключить возможность полигенезиса, тем более что сюжет о строптивой невесте встречается и в германском фольклоре (ср. сказки типа «Король Дроздобород», «Хакон Бородач»), и в песнях «Старшей Эдды» (ср. «Поездку Скирнира» Skírnismál).